«во всем мире пришли к тому, что тюремное заключение не работает, но альтернативы ему пока не найдено»

Тюремные рекорды бюджета

Как уже было говорено ранее, в 2019 году на содержание ФСИН было потрачено почти 318 млрд рублей бюджетных средств. На май 2020 года в России под стражей находится 511 030 человек. То есть на одного заключенного приходится 622 тысячи рублей. Это в пять раз больше, чем расходы на среднестатистического жителя России.

Если перевести сумму госфинансирования ФСИН в доллары, то по курсу 2019 года получится больше 5 млрд долларов. Для сравнения годовой бюджет Белоруссии с населением 9,5 млн человек – 8,8 млрд долларов. А у Албании госбюджет и вовсе 4,5 млрд долларов.

  ФСИН лоббирует строительство все новых и новых исправительных учреждений, аргументируя это большим количеством осужденных, для которых уже попросту нет места. Так, СИЗО на 500 мест в городе Сосновоборске, что в Красноярском крае, обошелся бюджету в 2,6 млрд рублей. То есть одно место в следственном изоляторе стоит как квартира (5 млн рублей). В ближайшее время ФСИН хочет возвести еще 10 следственных изоляторов на почти 10 тысяч мест и 14 новых режимных корпусов на более чем 3 тысячи мест. Можно лишь догадываться, какой ценник будет у этих зданий.

Таким образом, российское тюремное ведомство является самым богатым в Европе, чей бюджет сопоставим с государственным бюджетом некоторых европейских стран. Да и по количеству арестантов Россия лидирует. 

От сумы и тюрьмы не зарекайся – гласит пословица. Тюремный фольклор намертво сросся с российской действительностью. И от этого пока никуда не деться. Все ж таки страшная присказка родом из СССР о том, что одна половина страны сидит, а другая половина охраняет – до сих пор играет большую роль в самоидентификации страны. Отсюда, пожалуй, и переполненные колонии, в чьих казематах бесследно оседают госбюджеты.

В дальнейшем мы продолжим эту тему.

Сергей Бычков, 40 лет, Волжский


Нашёл правду. Поехавший на коляске в Москву инвалид всё-таки получит помощь Подробнее

Я освободился уже 20 лет назад, но на нормальную работу меня не берут до сих пор. Как говорится, клеймо на всю жизнь. Сел по глупости, за воровство по пьянке. Давали мне три с половиной года, но я вышел на 8 месяцев раньше. Жизни, считай, не было после. Как какое похожее преступление – милиция, тогда ещё она так называлась, дёргает меня. Где был? Что делал? Мне пришлось даже место жительства сменить и прописку, чтобы хоть как-то от меня отстали. Потом попал в аварию, сделали операцию. Неудачно. Стал инвалидом-колясочником. Жена ушла, а детей в приют забрали. Сколько я бился! Даже на коляске ездил в Москву. Помню, приехал в инвалидном кресле прямо к главному прокурору Волжского. А он на втором этаже сидит. Меня сын поднял. Я ему рассказал, что мне детей не отдают, потому что работы нет и судимый. Да где же её, работу, взять? Всё, что предлагают — дворником за минималку. А мне ещё двоих детей поднять надо! Группу инвалидности после аварии мне дали вторую, ограниченно рабочую. Недавно я женился. Всё легче. Дети живут со мной. Я считаю, что мне тогда помог этот прокурор их вернуть. А вот опека, ПДН и полиция хотели и дочку, и сына у меня просто забрать в детский дом. Мне пришлось им пригрозить статьёй «Доведение до самоубийства».

Специальность я ещё в колонии приобрел – «портной». Но по ней не работаю. Перебиваюсь случайными заработками.

К Путину за правдой. Инвалид Сергей Бычков поехал в Москву на коляске. Подробнее в статье>>

Свободное перемещение

«Первоходы» заверили нас, что с «бывалыми» у них конфликтов нет. Так ли это, проверить сложно. Члены ОНК и другие проверяющие приезжают и уезжают, а жесткие требования законодательства придуманы не случайно.

— Во-первых, таким образом граждан, случайно оказавшихся в местах лишения свободы, ограждают от вымогательств и унижений со стороны оргпреступных групп, — пояснил ответственный секретарь ОНК Москвы Иван Мельников. — Поэтому запрет на совместное содержание «первоходов» и рецидивистов есть и в законе о содержании в СИЗО и ИВС. Во-вторых, это ограничивает распространение уголовной субкультуры и вовлечение заключенных в преступную деятельность. Понятно, что Минюст ищет возможность оптимизировать расходы, но мы эту инициативу не поддерживаем.

Между тем глава профильной комиссии СПЧ Андрей Бабушкин сообщил «Известиям», что в других колониях-поселениях, где ему приходилось бывать с проверками, тоже содержат впервые осужденных вместе с теми, кто ранее уже отбывал наказание.

— Федеральная служба исполнения наказаний в ведомственном приказе трактует понятие «отдельного отбывания наказания» этих категорий осужденных как содержание в разных отрядах. И поправка, которая будет разработана, просто уточнит это положение, — пояснил правозащитник.

Но каким образом можно обеспечить в одном учреждении «отдельное содержание», непонятно: осужденные в колониях-поселениях имеют право свободного перемещения по территории.

Как сообщили «Известиям» в пресс-службе УФСИН России по Московской области, законодательством (ст. 128 УИК РФ) не предусмотрено содержание в колониях-поселениях осужденных за умышленные преступления и ранее отбывавших наказание в местах лишения свободы.

— Однако суды выносят в отношении данной категории граждан, имеющих снятые или погашенные судимости, решения с отбыванием наказания в колониях-поселениях. Вместе с тем УФСИН России по Московской области организует раздельное содержание указанных лиц в пределах учреждения, — пояснили в областном УФСИН.

В Минюсте подтвердили факт разработки законопроекта «О внесении изменения в ст. 128 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации», предусматривающего размещение ранее отбывавших наказание вместе с теми, кто впервые попал за решетку «в пределах одного исправительного учреждения при условии обеспечения раздельного их проживания и трудоустройства».

— Законопроект проходит процедуру общественного обсуждения и независимой антикоррупционной экспертизы. По вопросу практики применения ст. 128 необходимо обратиться во ФСИН России, — пояснили в Минюсте.

При этом в ведомстве не объяснили, как планируется обеспечить раздельное содержание, если осужденные в колонии-поселении имеют право на свободное перемещение по территории.

«Белый лебедь»

Официальное название ФКУ ОИК-2 ОУХД ГУФСИН России по Пермскому краю. В народе известна как «Белый лебедь». Расположена в городе Соликамске (Пермский край). Построена в 1938 году. Рассчитана на содержание 962 человек. Название «Белый лебедь» придумали сами осужденные.

Здесь, по их мнению, у многих последний причал, последняя лебединая песня. Уже позже местные мастера из числа самих заключенных изобразили лебедя в мозаике, а также в виде флюгера на крыше.

В настоящее время представляет собой фактически две колонии: строгого режима ИК-1 и ИК-2 особого режима для лиц, приговоренных к пожизненному заключению, которая находится внутри ИК-1. На данный момент в колонии отбывают срок осужденные за особо тяжкие преступления (чем колония отличается от тюрьмы?). Это серийные и массовые убийцы, насильники, члены бандитских формирований, лидеры организованных преступных группировок, террористы. В настоящее время их насчитывается около 300 человек.

Условия содержания осужденных соответствуют международным стандартам и российскому законодательству. В одной камере находятся от одного до трёх человек (как выглядят камеры в российских тюрьмах?). Разрешено читать литературу, совершать покупки в тюремном магазине, вести переписку. Все другие контакты с внешним миром резко ограничены.

Первые 10 лет содержания запрещены свидания с родственниками, переписка не чаще одного письма в год, ведется круглосуточное видеонаблюдение.

В случае отсутствия у заключенного каких-либо нарушений режима, условия содержания немного смягчаются. По территории колонии заключенные передвигаются в склоненной на 90 градусов вперед позе с задранными за спину вверх руками (т.н. «поза лебедя», в том числе и благодаря которой колония и получила своё неофициальное название).

В советское время колония активно использовалась в качестве инструмента перевоспитания «воров в законе». По непроверенным данным, в «Белом лебеде» было «раскороновано» около 130 уголовных авторитетов. Самым известным «законником», оказавшимся в стенах колонии был Владимир Бабушкин, известный как Вася-Бриллиант, сидевший там до самой своей смерти в 1985 году.

Среди других известных заключенных стоит отметить еще одного «вора в законе» Аслана Усояна (Дед Хасан), который отбывал здесь часть своего 15-летнего срока, серийного убийцу Сергея Ряховского, скончавшегося в этих стенах в 2005 году и известного политического деятеля Санкт-Петербурга, соратника А. Собчака Юрия Шутова, осужденного в составе организованной преступной группы за организацию заказных убийств.

Но самым известным заключенным «Белого лебедя» является чеченский полевой командир и террорист Салман Радуев, «прославившийся» захватом больницы в г. Кизляре, скончавшийся в колонии в 2002 году.

В настоящий момент, среди прочих заключенных в колонии отбывают наказание:

  • Дмитрий Виноградов – массовый убийца, в 2012 году расстрелявший шестерых коллег;
  • Николай Дудин – серийный убийца из Иваново;
  • Дмитрий Каримов – серийный убийца из Екатеринбурга.

Предлагаем посмотреть видео о тюрьме «Белый лебедь»:

За что можно попасть в ШИЗО

В статье 116 УИК РФ имеется список нарушений, которые квалифицируются как злостные (мелкое хулиганство, отказ от работы, хранение, изготовление и употребление «запрещенки», подстрекательство к бунтам, гомосексуальные связи, конфликты с администрацией и многое другое). Впрочем, любое нарушение, совершенное дважды в течение года, автоматически превращается в злостное.

Какое взыскание применить к конкретному осужденному за нарушение – решает исключительно администрация.

Обычно на первых порах ограничиваются выговорами, затем следует штраф, ШИЗО, ПКТ и ЕПКТ. Причем в ШИЗО можно попасть как с общей зоны, так и с ПКТ (БУРа).

Суд в данном случае не нужен: достаточно решения начальника ИУ, формального медосмотра – и здравствуй, изолятор. Однако инвалида I группы туда поместить не могут. Ряд ограничений касается и женщин (беременных, рожениц, имеющих детей до 3 лет в доме ребенка при ИУ).

Интересный момент: максимальное количество суток в ШИЗО равно 15. Ранее вторые 15 суток могли дать лишь «через матрас», то есть осужденного формально освобождали, а затем оформляли в ШИЗО по второму кругу, часто по надуманным причинам.

С выходом новой редакции УИК РФ необходимость в таких ухищрениях отпала: теперь можно получить еще 15 суток, не выходя из штрафного изолятора. Все просто: надпись на стене, отказ от уборки или работы, грубость по отношению к надзирателю, упомянутое выше курение – и вновь ШИЗО.

Если после ШИЗО в течение года осужденный не получает взысканий, считается, что их вообще не было. Погашенное взыскание не является препятствием к УДО. 

Из воспоминаний осужденных

Больше всего заключенные в ШИЗО страдают от отсутствия сигарет – эта простая радость для них под запретом. Конечно, бывалые осужденные знают, что такое «торпеда» и умело используют естественные отверстия для проноса и хранения «запрещенки». Однако и надзиратели не лыком шиты: зачастую на досмотры приглашают даже медиков, чтобы извлечь из заключенных тщательно спрятанную «запретку».

Борьба идет с переменным успехом, но в камерах все равно дымят, несмотря на запреты и запредельную духоту. До недавнего времени даже некурящие «правильные пацаны» должны были проносить для курящих табачные торпеды. Кстати, и тайная связь между камерами работает, несмотря на усилия администрации, так что «запрещенку» все-таки передают друг другу.

По сей день существует традиция пышной встречи с «кичи» (из ШИЗО). Сидельца встречают с помпой, выкладывая на столы самое лакомое и с кайфом чифирят. Особым шиком считается достать спиртного или наркотиков. Это, естественно, не касается представителей низших каст – так встречают только «уважаемых пацанов».

Не без добрых людей

В каждом регионе существуют общественные организации, занимающиеся проблемами и защитой прав осужденных. Юристы и адвокаты через суд помогают возместить им вред, восстановиться в жилищных и трудовых правомочиях. 

Фонды на бесплатной основе оказывают психологическую и реабилитационную помощь. Там можно пройти обучение новой специальности и получить работу.

Прежде чем обращаться в фонды борьбы за права,  нужно самому предпринять все меры и усилия по поиску работы. И если уж вам, действительно, не раз отказали по причине того, что вы бывший «сиделец», стоит найти в своем городе или регионе общество по защите.

Так, например, Фонд «В защиту прав заключенных» устраивает тех, кто был осужден за преступления небольшой и средней тяжести, на работу вахтовым методом в Москве и Московской области. Местом проживания и спецодеждой обеспечивают. Специальных познаний и навыков не требуют. Фонд «Аврора» на своем сайте имеют отдельную страницу, где публикуют свежие вакансии.

При обращении к работникам подобных Фондов четко формулируйте вашу проблему/просьбу.  Важно иметь копии всех документов, которые касаются конкретно этой ситуации. Обязательно оставляйте свой обратный почтовый адрес или контактный номер телефона

Выйдя на свободу после 10-ти летнего срока, Татьяна осталась совершенно одна в новом для себя мире. Не найдя путей самостоятельного жизнеустройства, женщина пошла за поддержкой в центр помощи заключенным. Там она получила помощь психолога и записалась на курсы парикмахерского искусства. С новым навыком женщина смогла устроиться на  работу, где она встретила будущего мужа.

Фондов по защите прав осужденных существует много — всех не перечесть. При необходимости можно найти их в интернете самостоятельно. Мы приведём только самые крупные правозащитные организации:

  • Фонд «В защиту прав заключенных» www.zashita-zk.org
  • «За права человека»  www.zaprava.ru
  • Комитет «Гражданское содействие» refugee.ru
  • Комитет «За гражданские права» zagr.org 
  • Московская Хельсинкская группа mhg-main.org
  • Фонд «Общественный вердикт» publicverdict.ru
  • Трансперенси Интернешнл – Р transparency.org.ru
  • «Фонд защиты гласности» www.gdf.ru
  • Центр содействия реформе уголовного правосудия «Тюрьма и воля» www.prison.org

Дополнительный список правозащитных фондов разных городах России можно скачать на сайте ФСИН.РУ

Мой первый рабочий день в СИЗО

СИЗО

В первый рабочий день начальник ОК выписывает временный пропуск на закрытую территорию и ведет знакомиться с начальником и замом. Это обязательная процедура начала трудовых будней. Впоследствии, за много лет работы вы будете видеть этих людей только мельком, при условии, что не выкинете какой-нибудь сногсшибательный фортель и не попадете «на ковер». С мелкими же проступками разбирается начальник смены, с проступками более серьезными – опера.

Знакомство происходит следующим образом: вас спрашивают, почему пришли сюда работать, боитесь ли оружия, уведомлены ли о наказаниях за нарушение устава. Вы невнятно что-то бормочете, так как ответы ваши никто не слушает, и выходите из кабинета под напутствие: «Идите работать».

Главные принципы работы с заключенными

Первые три смены вы – стажер. Только называется это иначе – неаттестованный. Вас ставят в смену не одного, а с наставником, который все подробно рассказывает и показывает.

Моя наставница, матерая баба, рассказала мне основные, главные принципы работы. Самый главный — никогда, ни при каких обстоятельствах, не поворачивайся спиной к зекам. Еще она показала, где находятся скрытые точки тревожной сигнализации, выдала магнит, который в случае критических ситуаций нужно приложить к точке сигнализации, научила открывать камеру ключами.

Все. Остальное, говорит, в процессе. Все три смены (трое суток) я училась выполнять несложную работу: утром считать заключенных, принимая смену, в течение дня – выпускать и запускать, контролировать раздачу пищи и передач, вечером «сводить остаток» — «минусовать» тех, кто не вернулся с заседания суда или отбыл в колонию. На ночь ключи от камер забирает корпусной. Так называется наш непосредственный начальник, который нам и мать, и отец. Почему? Потому что «залетов» на такой работе бывает великое множество. А он нас, младших, «отмазывает»  перед начальством.

Аттестация

На четвертый день работы – аттестация. Начальник отдела кадров собирает всех новичков и везет в Управление Госдепартамента по исполнению наказаний. Нас было трое. Всех по очереди заводили в разные кабинеты, где важные дядьки задавали одни и те же вопросы: «Чем вас привлекает эта работа?». И слышали традиционный ответ: «Привлекает стабильность, соцпакет и т.д.».

Затем попросили пройти сфотографироваться на удостоверение и подождать решения. Через два часа нам сообщили, что мы аттестованы и в звании младшего сержанта можем приступать к несению службы. Так, в новом звании, в форме, которую выдали после аттестации, я приступила к выполнению своих обязанностей.

Работа в ИК

вы имеете в виду, сотрудники — начальнику колонии (друг на друга), зэки — оперативникам? И спасибо всем за ответы. Кстати, психолог отвечает за инциденты с контингентом (например, вены кто-то вскрыл)? ну, типа — «почему своевременно не обнаружил склонность к суициду??»

Вопрос еще в том, что придется работать психологом. Соответственно с кем — со спецконтингентом или с работниками администрации. Но по опыту знаю — работа в колонии опасна тем, что постоянно вращаясь в зэковской среде перенимаешь ( зачастую невольно) многие повадки. Нужно постоянно себя контролировать.

Хотя нынче контингент не тот, что в конце 80-х. В первую очередь работа в ИК будет зависеть, какое там руководство. От руководителя зависит как подобран коллектив, и соответственно как ведется работа со спецконтингентом. С моральной же точки все зависит и от того, как вы сами будете смотреть на свою работу, а то как говорил один мой знакомый — с какой точки не посмотри, что они за решеткой, что я за решеткой. А что не зека, мошенника например. Ведь всем известно что мошенники — хорошие психологи)))) Со мной в колонии работало много ребят, окончивших гражданские вузы или переведенных из Минобороны России, МВД. Но из-за сокращений и экономического кризиса людей со стороны практически не берут. И так своих работников со стажем хватает. Обучение в вузах финансируется из федерального бюджета, но попасть в них не так просто.

Для начала потребуется взять направление в территориальном органе ФСИН России по месту жительства.

Читайте другие статьи на сайте:

  • Судебное решение при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве
  • Заявление о привлечении к уголовной ответственности за педофилию
  • Срок давности привлечения к уголовной ответственности за грабеж
  • Должностные лица и преступления в сфере здравоохранения
  • Заместитель начальника центра по примирению враждующих сторон в сирии

Сколько платят тюремному надзирателю в Беларуси. Зарплата тюремного надзирателя на 2018 год со средними значениями.

Статистика из городов: Минск, Брест, Гродно, Гомель, Витебск, Могилёв, Бобруйск. Средняя зарплата на 2018-й год, ответ. Минимальная з/п — 329 бел.

рублей. Максимальная — 762 бел. рублей.

Средняя — 473 б.рБез опыта работы — минимальная, зарплата тюремного надзирателя в Беларуси на 2018-й год

None Дополнить.

2018-03-11T08:00+03002018-03-11T08:01+0300https://ria.ru/20180311/1515928668.htmlКто не работает, тот ест. Сколько зарабатывают заключенныеhttps://cdn21.img.ria.ru/images/150935/63/1509356390_0:151:3106:1898_1036x0_80_0_0_e4da85acbbf3dbdb8af5ae86e850768d.jpgРИА Новостиhttps://cdn22.img.ria.ru/i/export/ria/logo.pngРИА Новостиhttps://cdn22.img.ria.ru/i/export/ria/logo.pngМОСКВА, 11 мар — РИА Новости, Ирина Халецкая. Ежегодно осужденные в колониях производят товаров более чем на 30 миллиардов рублей. По сути, система исполнения наказаний — один из крупнейших работодателей в стране.

Однако, по данным Минюста России, средняя зарплата заключенных — всего 229 рублей в день. В месяц получается существенно меньше МРОТ. Много это или мало и сколько на самом деле зарабатывают за решеткой — в материале РИА Новости.

«Я же не должен с ними сидеть»

Колония-поселение № 2 хоть и подчиняется УФСИН России по Московской области, расположена в Зеленоградском округе столицы. Неприметное место окружено невысоким забором с колючей проволокой. Неподалеку от КПП — поле для мини-футбола с потертым искусственным покрытием.

Сопровождающий нас сотрудник колонии по пути рассказывает, что заключенных, совершивших тяжкие преступления, тут нет.

— Многие сидят по 264-й статье УК («Нарушение правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение вреда здоровью или смерть». — «Известия»)

Есть «алиментщики», есть те, кто отбывает наказание за кражи, — уточняет он.

Знакомимся с обитателями колонии. Кроме «дэтэпэшников» и пожилых бизнесменов (одному 62, другому 75 лет, оба осуждены за мошенничество) обнаруживаем ранее судимых.

Один из них сам же и задает нам вопрос — почему его, трижды судимого, отправили в лагерь для «первоходов».

— Я же не должен с ними сидеть, — возмущается «бывалый».

И ведь действительно не должен. Как и они с ним. В соответствии со ст

128 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, «лица, впервые осужденные за преступления по неосторожности, за совершение умышленных преступлений небольшой или средней тяжести», отбывают наказание отдельно от тех, кто уже сидел, но был переведен из колоний общего и строгого режима за хорошее поведение

Именно эту норму и хочет отменить Минюст, предлагая содержать и тех, и других в одном учреждении «при условии обеспечения раздельного их проживания и трудоустройства». Как следует из пояснительной записки к проекту поправок в УИК, цель изменений — сохранение социально-полезных связей осужденных с родственниками и сокращение расходов на конвоирование к месту отбывания наказания.

В ходе общения с «поселенцами» становилось ясно, что ранее судимых здесь довольно много. Позднее представители администрации признались, что из 162 человек, которые находятся в колонии, почти половина уже отбывала наказание.

«Рынки труда в нестоличных городах и так очень узкие. Пускать туда заключенных никому не хочется»

— Расскажите, как работают заключенные в наше время.

— Все исправительные колонии зонированы, и одна из зон в них называется «промышленная» (либо «производственная»), где и осуществляют производственную деятельность. Дальше все зависит от того, где находится колония, чем укомплектована ее промышленная зона и насколько эта комплектация соответствует запросам рынка, руководства ФСИН и так далее.

В советские годы активно практиковалась контрагентская работа, когда заключенных вывозили на какие-то объекты, стройки или в цеха предприятий. Сейчас это практикуется очень редко по целому ряду причин. С одной стороны, очень трудно обеспечить эту процедуру технически, потому что, несмотря на большое количество персонала в системе ФСИН и огромные расходы на него, тех, кто работает непосредственно в охране заключенных, не так много. Получается, что обеспечить конвоирование и работу на местах очень трудно.

Но на самом деле тут еще вмешивается рынок, потому что стройка — прибыльное дело в любом регионе. Поскольку рынки труда в нестоличных городах и так очень узкие, то пускать туда заключенных вряд ли кому-то хочется. Для строек хватает свободных гражданских кадров.

— Может быть, заключенные работают на урановых рудниках, в шахтах, в экстремальных местах вроде Новой Земли?

— Нет, заключенные не работают в тяжелых или особенно вредных областях, потому что это отрасли с высокой заработной платой. На таких работах хочет работать обыкновенное гражданское население. Работодателям тоже проще общаться с вольнонаемными кадрами, чем входить в эту сложную систему ФСИН. А государство в такие процессы не вмешивается, потому что это, как правило, частные заводы и шахты.

Фото Максима Платонова

— Насколько сложные вещи делают заключенные?

— Они делают все. Те, кому интересно или кто в этом сомневается, могут открыть один из красочных каталогов ФСИН, например этот. Сейчас в части пиара собственной продукции ФСИН продвинулся очень далеко. Предыдущее руководство или приближенные к руководству, которые сейчас сами отбывают срок, очень много для этого сделали. Пытались даже создать торговый дом ФСИН.

ФСИН может работать сама на себя. Примерно половина того, что производится в исправительных колониях — это продукция для собственного потребления. Здесь все: от формы для заключенных до автозаков, замков, решеток, оборудования для столовых и непосредственно продуктов питания.

Дальше система ФСИН может взаимодействовать с любыми государственными или негосударственными компаниями для того, чтобы что-то для них производить. Например, это может быть униформа для полицейских, спасателей, сотрудников медицинских учреждений или РЖД. Прямо сейчас ФСИН даже предлагает медицинские маски своего производства.

Заключенные могут делать бытовки для строителей «Газпрома», которые работают в вахтовых поселках. В системе можно производить все, от рабочих рукавиц до катера для МЧС или вездехода.

Следующий сегмент — это рыночная продукция, которая может идти уже кому угодно: спецодежда, палатки, барная мебель, каминные решетки и т. п. В каталоге ФСИН обязательно будут продукты народных промыслов — резные нарды, шахматы, статуэтки, портреты, вышивка.

Но, к сожалению, система ФСИН устроена неравномерно. Есть колонии, где работы практически нет. Там остается только вышивать, если это женская колония, и заниматься резьбой по дереву, если мужская. А есть колонии, в том числе в Татарстане и Башкортостане, где производство поставлено на поток и идет огромный поток заказов, заключенные работают на износ, притом что работа довольно однообразная. Если открыть татарстанский каталог, там можно увидеть изделия просто неимоверной красоты. Там очень много предметов для городского благоустройства — остановочные павильоны, скамейки, цветочные тумбы, беседки.

Оцените статью
Рейтинг автора
5
Материал подготовил
Андрей Измаилов
Наш эксперт
Написано статей
116
Добавить комментарий