«одни и те же лица, холод, серость». как вахтовикам работается на севере

На Первомай под «Кар-Мэн»

Поселковая жизньзаПолярным кругом не то чтобы сильно увлекательная. В кино не сходить, в ресторане не посидеть — привычных городских развлечений нет. Даже просто выйти погулять сложно — зимой сугробы по пояс, а летом сплошное болото и комары. От безделья и скуки люди начинают пить. И самое ужасное то, что пьют даже дети.

Нас от тоски спасал местный Дом культуры: мы с головой окунались практически в каждое мероприятие. Пели, плясали, вели концерты. Даже успели поиграть в спектаклях. В шутку нас называли внештатными сотрудниками на общественных началах.

Готовы к премьере водевиля «Беда от нежного сердца»!

Однажды беспробудное пьянство привело к забавному казусу, который в поселке запомнят надолго. Перед майскими праздниками звукооператору Дома культуры поручили найти советские марши — работники администрации решили совершить круг почета по поселку, этакую мини-демонстрацию. Само собой, звуковик немного запил и обо всем забыл.

Суперфуд Русского Севера

Северный крестьянин мог бы стать популярным healthy-lifestyle-блогером, ведь его рацион преимущественно состоял из рыбы, ягод, грибов и квашеного молока.

Крестьяне Севера совершенно не зависели от урожая на регулярной пашне:

Хлеб не был ключевой составляющей рациона и заменялся пихтовой и сосновой корой или болотными растениями. Основная причина, по которой крестьяне других регионов России не знали о полезных свойствах такого продукта, — практически полное отсутствие в Южной России болот.

Болото. Источник

Зачастую путешественники, бывавшие в северных губерниях, расценивали эту практику или как признак дикости, или как свидетельство крайней нужды. На самом же деле использование дикорастущих хлебозаменителей было широко распространено среди всего населения: от нищих безземельных крестьян до обеспеченных горожан.

Кроме ягод и грибов следует упомянуть сосновый сок, то есть молодой весенний сосновый луб:

Исландский мох также играл роль хлебозаменителя. Он горький на вкус и требует особого приготовления. Однако его употребление было сертифицировано и рекомендовано государством.

Рецепт приготовления исландского мха прост:

Вехка (белокрыльник болотный, прост. — «житница», «хлебник», «хлебница») являлась неотъемлемой частью рациона помора. От названия этого растения произошли имена 14 рек и озер Вологодской губернии, хотя гидронимы, основанные на названиях трав и растений, почти не встречаются. Способ приготовления вехки следующий: «Высушенное и вымоченное в воде корневище примешивается к ржаной муке и идет в хлеб, откуда и название хлебница». Достоинства вехки — большая биомасса на заболоченных площадях и быстрый цикл восстановления, она легко обнаруживается и просто собирается. Ежегодный нарост крахмалистого корневища составляет 40 сантиметров. До начала XIX века это растение занимало место картофеля в рационе поморов.

В рационе крестьян встречались также растущий по берегам манник, корневища ириса, кувшинка белая и кубышка желтая («одолень-корень», так как считалось, что она одолевает нечистую силу), рогоз, пшеничка, сырые стебли боба, печеные корневища чакана, корни таволги и сусака.

Обед помора состоял из редьки с квасом, соленых груздей и волнух, разведенных водой или вареных («грибницы»), брусники и толокна. Соленые рыжики вместо груздей и волнух считались изысканным блюдом и в ежедневном рационе присутствовали лишь у зажиточных людей. Они же употребляли в пищу соленую рыбу — уху из трески или сельди. Местные также включали в рацион овес и ячмень, много брюквы, грибов и ягод. Овес употреблялся в виде холодных щей (жидкой кашицы из овса) и киселя; капусту ели пареную, поэтому местное население не было знакомо с квашеной капустой и кислыми щами. Ячмень шел на хлеб и пироги. Каждая постная трапеза венчалась блюдом с брусникой. В непостные дни употребляется мясо и кислое молоко (творог, свернутый из молока посредством нагревания, сваливали ежедневно в одну кладь, где он закисал). Мясо ели редко, на столе его заменяла летятина (дичь). Перец и лук — единственные приправы на столе помора. Воскресный чай — для богатых. ⁠

Изба изнутри. Источник

Миф о «высоких» зарплатах

Зарплаты на Крайнем Севере, конечно, выше, чем на материке, но и не такие высокие, как это было когда-то. В 2015 году средняя зарплата в Красноярске была около 25 тысяч, а здесь — едва дотягивала до 40. Муниципальные служащие, которые не занимали должностей начальников, не получали и 30 тысяч. Хорошо можно было зарабатывать, совмещая несколько должностей или вкалывая на нескольких работах.

Например, учителя по совместительству работали воспитателями в интернате: приходили рано утром на уроки, а после обеда шли в находящийся в том же здании интернат и оставались там до 10 вечера. В интернате тяжело — дети, в основном, трудные (есть даже пьющие) и часто ни во что взрослого человека не ставят. Если не нашел с ними общий язык, пиши пропало. Вот и считайте, длинный рабочий день, плавающие выходные, нервы и огромная ответственность стоили около 80 тысяч рублей со всеми надбавками.

Сумасшедшие полярные чайки

Крайний Север сводит с ума своей природой! Бескрайняя тундра, северное сияние, широченный Енисей и даже «черная» пурга — все это заставляет влюбиться в Заполярье раз и навсегда. Организму трудно привыкнуть к полярному дню и полярной ночи. В полярную ночь солнце не появляется из-за горизонта, на улице светло всего 2-3 часа в сутки. И так полтора месяца.

А полярный день длится аж два с половиной месяца! К тому, что солнце светит круглые сутки, я привыкла довольно быстро. Но меня сводили с ума полярные чайки, которые кричали и днем, и ночью. Первую неделю пребывания на Севере крики чаек кажутся чем-то очень романтичным, а через месяц в голове ты составляешь целую гастрономическую книгу из этих пернатых.

В полярную ночь солнца, конечно, очень не хватает. Зато есть возможность полюбоваться настоящим волшебством — северным сиянием. Оно переливается всеми цветами, и небо в этот момент кажется до ужаса огромным!

«У наших соседей даже джакузи есть»

На субботнике по укладке дров для нового храма. Участвуют добровольцы

— Но как после почти Москвы давался этот деревенский быт, это ж совсем другая планета?

— Мы прошли суровую школу в Колодозеро, прожив там две зимы и таская воду из колодцев да из озера. Поэтому, когда мы приехали в Архангело, и у нас была колонка напротив дома, это уже нам показалась красота. А в этом году мы провели обычный водопровод, у нас есть теплая вода в доме. Собираемся делать душ. А пока не сделали, традиционно ходим в баню. Баня у нас своя, покупали вместе с домом.

Вообще жить в деревне — это не значит жить без удобств. У нас пока руки не дошли полностью все благоустроить, мы постепенно к этому идем. А некоторые люди тут так живут, как в городе не живут! Например, у нас есть знакомые, пенсионеры, в свое время уехали в Архангельск, там проработали всю жизнь, а на пенсии купили дом и вернулись сюда. У них джакузи есть в доме! Так что душем тут никого не удивишь.

Субботник по уборке скошенной травы

— Возможно ли жить в деревне без своего хозяйства?

— Когда мы приехали сюда, я удивлялась, ну как же ходишь по деревне, а петухи не поют? Для меня если деревня, то обязательно должны кричать петухи, а тут тишина… Но сейчас идет обратная волна, люди стали заводить хозяйство. Мне кажется, что просто соскучились по животным. Все продукты есть в магазине, но людям хочется кого-то держать.

Хозяйство у нас завелось, можно сказать, случайно. В Каргополе знакомая женщина предложила взять козу. И мы взяли, хотя нам даже поставить ее было некуда, но Саша быстро построил ей козлятник, и в придачу к козе нам подарили еще петуха и двух кур.

Потом подарили овец. Мы поехали в гости к нашему знакомому Максиму, в деревню Лядины (Максим несколько лет назад переехал из Москвы и возрождает сельское хозяйство). Он говорит: «А хотите овечку?» мы с радостью: «Хотим!»  — и все, у нас появились овцы. Так само собой завелось хозяйство.

Завели огород, в первый год всего три грядки, потом шесть. Урожай у нас небольшой, потихоньку учимся. Сначала картошку было невозможно сажать, потом несколько раз участок перепахали, стало лучше. Участок достался глинистый, много вкладываем сил, да и денег, чтобы перепахать, надо людям заплатить, а если лето дождливое, то ничего не растет.

Жизнь народов Севера

Земля Севера и Дальнего Востока малопригодна для сельского хозяйства. Селения в основном расположены у берегов заливов, озер и рек т. к. работают у них только морские и речные торговые пути. Время, по которому можно доставлять товар в поселки через реки, сильно ограничено. Реки быстро замерзают. Многие становятся пленниками природы на долгие месяцы. Также затруднительно попасть к ним в поселки кому-либо с Большой земли. В это время достать уголь, бензин, а также необходимые товары можно только с помощью вертолетов, но это не всем по карману.

Народы Севера России соблюдают и чтут вековые традиции и обычаи. Это в основном охотники, рыболовы, оленеводы. Несмотря на то что живут они по примерам и учениям своих предков, в их быту присутствуют вещи и из современной жизни. Радио, рации, бензиновые лампы, моторы на лодках и многое другое.

Малые народы Севера России занимаются преимущественно оленеводством. С этого промысла они получают шкуры, молоко, мясо. Большую часть они продают, но и для себя остается достаточно. Также олени используются как транспорт. Это единственное средство передвижения между селениями, которые не разделены реками.

Чекалин — самый маленький город России

В нём меньше тысячи жителей. Впервые упомянутый в 1565 году город был частью государевой опричнины Ивана Грозного, входил в оборонительную Засечную черту, а к XIX веку превратился в зажиточный купеческий город на Оке. Последнее столетие Чекалин пребывает в упадке: население сокращается, а городская инфраструктура разрушается. Тем не менее, когда в 2012 году администрация Тульской области предложила изменить статус поселения на сельский, многие чекалинцы выступили против и отстояли статус города. О жизни городка рассказывало издание The Village.

Город находится всего в 250 километрах от Москвы, но, чтобы в него попасть, надо сильно постараться. Электричкой до Калуги, междугородним автобусом до райцентра Суворова, дальше на ПАЗике с газовыми баллонами на крыше — в Чекалин. Чтобы покинуть город, постараться нужно ещё сильнее. Последний рейсовый автобус в райцентр уходит около 17 часов. Как выбираться, если вы его упустили, не ясно.

В 2015 году экономический центр Чекалина состоял из четырёх магазинов, рыночной лавки и закрытого отделения Сбербанка. «Город-сад» даже не оснащён собственным банкоматом, и местным жителям приходится ездить в соседние населённые пункты, чтобы обналичить деньги, которые переводят на карточки. При этом средняя зарплата в Чекалине — 10-12 тысяч рублей, а городской бюджет — 5 миллионов рублей, более чем на половину дотационный.

Школа — одно из самых сохранных зданий города. В сравнении с осыпающимися городскими руинами, в которые превратилась добрая половина всей дореволюционной застройки, оно выглядит практически идеально. Сразу из школьной прихожей на посетителей смотрит мрачный портрет пионера-героя. Слева от него небольшая выставка, посвящённая вреду «спайсов», — школьники пишут стихи и рисуют картинки о том, как плохо употреблять наркотики и как хорошо этого не делать. Стены второго этажа украшены выставками и плакатами о Великой Отечественной войне. На самом главном месте — четыре крупных портрета Героев СССР, которые учились в тогда ещё лихвинской школе.

В Чекалине перемешались все возможные архитектурные стили за последние несколько веков. В городе сохранилась прямоугольная сетка улиц, составленная ещё в генеральном плане 1776 года. Уездные дома начала XIX века соседствуют с деревянными лачугами и советской застройкой — в Чекалине на 141 двухэтажный дом приходится 339 одноэтажных. Старинное здание тюрьмы, брошенное в 1941 году, стало частным, и теперь во флигелях стражников живут люди. Из четырёх церквей за прошлое столетие уцелела всего одна — Свято-Введенский храм. Чтобы найти больницу, открытую в Лихвине в 1905 году, нужно пройти в самый конец города по пыльной завивающейся дороге. Интеллигентный мужчина с ухоженной бородой рекомендовал искать блестящее здание в стиле модерн. Абсолютная эклектика.

В Чекалине постоянно кричат петухи — только к концу дня привыкаешь, что кто-то за окном бесцеремонно врывается в беседу. Зато горожане не без гордости подмечают, что у них в Чекалине почти нет коров, а если и есть, то по улицам они не ходят. Маленький мальчик в шортах сидит перед деревянным срубом и держит ноутбук. Он скачивает Minecraft и обещает, что никогда не уедет из Чекалина, потому что очень его любит. Типичные городские будни.

«Дом нам продали с испуга»

Весна 2017. С гостями из Питера (слева), и с друзьями-реставраторами из Питера, тоже живущими в Архангело (справа)

— Почему Север? Это что, романтика такая непреодоленная?

— Впервые на Русский север попал мой муж Саша, в 16 лет он поехал в Архангельскую область вместе с группой реставраторов. На него, как и на многих наших знакомых, повлиял Дмитрий Александрович Соколов (реставратор, который в конце 80-х годов начал восстанавливать храм Александра Свирского на Каргополье). Благодаря Соколову огромное количество молодых людей приезжали добровольцами поработать  летом на реставрации храма и заразились любовью к русскому деревянному зодчеству, к тем краям.

Желание жить в деревне у нас было всегда. Нам интересно. И постепенно желание стало воплощаться в жизнь. Мы не ставили высоких целей, мы пытались что-то сделать, иногда получалось, иногда нет.

Понятно, что можно ехать в деревню только при условии, что будет работа. И эту работу Саша сам себе организовал: взял заказ делать сруб, нашел людей, которые будут помогать, и начал работать, а я с детьми поехала вместе с ним.

Нам тогда было по 25 лет, детям полтора и три года, мы с мужем окончили Абрамцевское художественное училище. Саша заочно учился на архитектора-реставратора.

Первые два года мы прожили в Колодозере. Это село в Карелии, в 18 км от границы с Каргопольским районом Архангельской области. До революции это все была одна Олонецкая губерния. Недалеко находятся те самые деревни — Лекшмозеро, Гужово, в которых Саше приходилось раньше работать вместе с реставраторами.

Стройка храма прп. Пахомия Кенского

В Колодозере жил священник, отец Аркадий Шлыков, он помог нам обосноваться.

Сначала мы приехали поработать и пожить на лето. А потом осень пришла, мы подумали, а зачем уезжать, если живется хорошо. Остались.

Конечно, если бы не помощь отца Аркадия, ничего бы не получилось. Дом, в котором мы жили летом, был холодный, там мы не перезимовали бы. А батюшка предложил нам жить в домике, который снимала его община. Летом туда приезжали гости, а зимой он пустил нас. Он нам помог с дровами, платил за свет, не разрешал ничего про это говорить, только  «я все заплачу». Он нам показал, что нет ничего страшного в деревенской жизнь. Это жизнь как жизнь, главное, чтобы работа была.

Онега. Мороз, но лед еще не встал

Перезимовали первую зиму в его домике и решили обосноваться в Заозерье, в соседней деревне. Но настал момент, когда мы поняли, что в этом Заозерье очень глухо, ребенка в школу каждый день надо возить на машине, так как там и волки ходят, одного не отпустишь. Не сложилось и с местными, за все время, что мы прожили, ни с кем не подружились.

Когда-то давно я поняла, что планировать что-то в жизни невозможно. Есть поговорка: «Хочешь рассмешить Бога, расскажи Ему о своих планах». Планировали обосноваться в Колодозере, а оказались в Архангело.

Архангело – это деревня в 50 км от Каргополя. Официальное название у нее Шелоховская, у северных деревень часто бывает по два названия – одно на карте и в документах, а второе общеупотребительное.

Новый храм прп. Пахомия Кенского почти достроен

Здесь находятся два старинных деревянных храма 18 века – Архангела Михаила 1715 года и Сретенский, более поздний. Население около 500 человек. В Архангело был церковный актив, люди, которые решили, что им надо восстанавливать храм. Они собирали субботники, вывозили мусор. Стали искать реставраторов, и нас попросили помочь. Мы познакомились с местным священником, которого только-только поставили сюда служить, с приходом.

У общины была цель, чтобы в храме можно было проводить службы. Поняли, что в старом храме служить регулярно все равно невозможно, он большой, сделать теплое помещение не получится. В итоге пришло решение: строить новый небольшой храм во имя северного святого Пахомия Кенского, а нам перебираться жить в Архангело.

Тут нас приняли с радостью. Местные жители нам помогали, поездили с нами везде, показали, какие дома продаются, познакомили с хозяевами.

Это очень важно, что люди были готовы, были рады, что к ним кто-то приехал жить. В Архангело, люди, в основном, жизнерадостные, открытые

Овощи нам несли, молоко козье, хотели поддержать, чтобы мы остались тут. Когда к тебе так хорошо относятся – то почему бы не жить?

В Архангело, люди, в основном, жизнерадостные, открытые. Овощи нам несли, молоко козье, хотели поддержать, чтобы мы остались тут. Когда к тебе так хорошо относятся – то почему бы не жить?

Но даже и тут найти дом было не совсем просто. Нашли подходящий, а хозяйка не хочет продавать. Пришли к ней поговорить, она увидела Сашу, с бородой, решила, что он священник, и испугалась, как священнику отказать? И согласилась. Дом наш старинный, ему около ста лет.

Работа и промысел

У некоторых народов Севера развит китобойный промысел. Но им занимаются лишь чукчи, эскимосы. Очень популярный вид дохода — зверофермы. На них разводят песцов, норок. Их продукцию используют в пошивочных мастерских. Из них делают как национальную, так и европейскую одежду.

В селах есть механики, продавцы, мотористы, санитарки. Но большинство оленеводов, рыболовов, охотников. Семьи, которые этим занимаются круглый год, живут в тайге, на берегах рек и озер. Они изредка заезжают в села, чтобы закупить различные продукты, товары первой необходимости или отправить почту.

Охота — круглогодичный промысел. Народы крайнего Севера России зимой охотятся на лыжах. Они берут с собой маленькие санки для снаряжения, везут их в основном собаки. Чаще охотятся в одиночку, редко — в компании.

Похожие новости

Деревянный пол в доме – это любовь на всю жизнь. Снять обувь после …

08 июля 2019

В настоящее время имеется огромный выбор вариантов площадей для …

16 июля 2019

Выполняя монтаж окон, в первую очередь следует подготавливать …

12 июля 2019

Для строительства собственного загородного дома следует приложить …

05 мая 2014

Любое помещение подлежит ремонту, а ванная комната – нескольким. …

06 декабря 2013

Подготавливаем потолок к покраске

Какую бы в итоге качественную или дорогую краску не приобрел …

29 декабря 2013

Стройматериалы

Проверка в СРО

Саморегулируемая  организация (СРО) создана на …

24 ноября 2020

Аренда машин в Ростове-на-Дону

Нужен автомобиль в аренду? Добро пожаловать!

24 ноября 2020

Ювелирное изделие

Ювелирные изделия — это, безусловно, …

19 ноября 2020

Батареи, мороз и немного интернета

Деревенский быт в принципе не принято считать особо легким, а когда ты, абсолютно городской человек, который никогда не был в деревне, приезжаешь жить в село за Полярным кругом, первое время кажется, что сходишь с ума.

Мы жили в доме на трех хозяев 40-50-х годов постройки. Поселок находился за сотни километров от Дудинки, в вечной мерзлоте, где нет ни водопровода, ни канализации. Спасало централизованное отопление. Батареи нас в прямом смысле поили, кормили и умывали. К ним был подведен кран в кухне и в ванной. Водой из батарей мы умывались. И пили эту же воду: сначала приходилось ее отстаивать, потом кипятить, остужать и еще раз отстаивать. Летом отопление отключали и из крана шла только холодная вода, а зимой вода сначала ледяная, затем она нагревалась и после превращалась в кипяток. Вот и думайте, как надо было изловчиться и успеть все сделать. Иногда приходилось ждать около часа, пока вода остынет — и все по новой.

В таком домике мы и жили

В качестве источника воды батареи приносили больше пользы, чем как источник тепла. Дом был старый, и ветер дул во все щели. Зимой в углу одной из комнат в ветреную погоду у нас даже вырастал небольшой снежный сугроб. Чтобы не замерзнуть, мы топили печь (с дровами на полуострове очень туго, поэтому приходилось растапливать ведрами угля), включали обогреватель и тепло одевались.

Коренные народы Севера и их язык

Все они принадлежат к следующим языковым группам:

  • саамы, ханты и манси — к финно-угорской;
  • ненцы, селькупы, нганасаны, энцы — к самодийской;
  • долганы — к тюркской;
  • эвенки, эвены, негидальцы, сроки, орочи, нанайцы, удэгейцы и ульчи — к тунгусо-маньчжурской;
  • чукчи, коряки, ительмены говорят на языках чукотско-камчатской семьи;
  • эскимосы и алеуты — эскимосско-алеутской.

Также есть изолированные языки. Они не входят ни в одну группу.

Многие языки уже забыты в разговорной речи и используются лишь в обиходе старого поколения. В основном говорят по-русски.

С 90-х годов стараются восстановить уроки родного языка в школах. Дается это трудно, т. к. он мало кому известен, сложно найти учителей. При изучении дети воспринимают родной язык как иностранный, т. к. они редко его слышат.

Жилье малых народов

В основном это бревенчатые дома. Кочевники передвигаются с чумами. Он похож на высокий шатер конической формы, основа которого укреплена множественными шестами. Покрыт чум оленьими шкурами, сшитыми друг с другом. Перевозят за собой такие жилища на санях с оленями. Ставят чум, как правило, женщины. В них есть лежанки, подстилки, сундуки. В центре чума — печка, у некоторых кочевников можно увидеть костер, но это редкость. Некоторые охотники и оленеводы живут в балках. Это реечные дома, так же обтянутые шкурами. Они похожи по размерам на строительный вагончик. Внутри стол, двухярусная кровать, печь. Такой дом перевозят на санях.

Яранга — более сложный деревянный дом. Внутри две комнатки. Кухня не отапливается. Но спальная комната теплая.

Лишь коренные народы Севера по сей день умеют строить такие жилища. Современная молодежь уже не обучена такому промыслу, так как в основном стремится уехать в города. Мало кто остается жить по законам предков.

На юге земля кормит, а на севере — лес!

В августе, когда многие возвращаются с отпусков, начинается пора грибников и ягодников. Такую ягоду как, брусника, черника, голубика, морошка не встретишь нигде, кроме как Сибири и севера. Люди ведрами собирают ее в лесу и варят варенье на зиму. Катают баночки из белых грибов, подосиновиков, груздей. И при этом на Крайнем севере многие жители, кто прожил там сознательную жизнь не слышали о клещах. Потому что их там нет. Они не приспособлены жить в таких климатических условиях.  

  • Брусника
  • Черника
  • Морошка
  • Маслята

Очень красивое зрелище наблюдать ледоход на реке.

  • Лед идет
  • Весна
  • Ледоход

Так что же, так привлекает жизнь на северной территории?  Вывод можно сделать, зная все недостатки и достоинства.

Коренное население

Плюсы жизни на Севере:

  • В отличии от Центральных и Южных регионов страны, север в социальном плане выигрывает, так как со стороны Государства идет большой поток вливания финансирования. Такие возможности, как бесплатный проезд к месту отдыха, оплачиваемые путевки в лагерь для детей, льготы на оплату коммунальных услуг и другие дотации.
  • Возможность заниматься ловлей рыб и охоться, так как кругом тайга и тундра. А с приходом осени, походы за грибами и ягодами дают возможность сделать запасы на зиму.
  • Работа на Севере России дает возможность иметь отпуска значительно больше, чем в южных регионах. Уехать почти на все лето с «Большой Земли» на юг для Северян дело обычное.
  •  Различные «северные стимулирующие», которые позволяют получать заработную плату в разы больше, чем в других регионах, а также раньше уйти на пенсию с повышенными выплатами для пенсионеров.

Недостатков на Севере также хватает:

  • Самый главный и основной минус жизни на Севере, это здоровье. Так как человеку в принципе не свойственно жить в холоде, проживание в районах Крайнего Севера значительно здоровье ухудшает. Для этого и предусмотрены длинные отпуска и оплачиваемый проезд на курорт, для того, чтобы была возможность ежегодно поправить свое здоровье.
  • Высокие цены на продукты, на проезд и коммунальные услуги.
  • Высокая теплопотеря организма, возникающая из-за обезвоживания организма.
  • Скачки давления.
  • Возможное обострение болезней.

     Это не все так страшно. Если все-таки есть необходимость переезжать жить
на Крайний Север, необходима только эмоциональная подготовка, настрой на
позитив и вполне реально оценить свое состояние здоровья и силы.

Едим больше мяса и молочных продуктов, овощей там не так много и не самого лучшего качества, поэтому, вегетарианцам здесь будет сложно.

  • Завод
  • Газпром
  • Норильский никель

Пенсионеров в этих регионах значительно ниже, так как прожив на Севере определенный срок, заработав на жилье и размер северной пенсии, они покидаю эти регионы, чтобы встретить старость в более теплых краях.

Хакимова Ксения https://vk.com/feed

Иннополис — самый молодой город России

Иннополис — любимый проект правительства Татарстана и министра связи Николая Никифорова, в который уже инвестировано более 20 миллиардов рублей из федерального бюджета. Строительство технологичного посёлка неподалёку от Казани началось по инициативе чиновника в 2012 году, когда тот возглавлял Минсвязи Татарстана. Спустя три года Иннополис — самый молодой город страны, который должен стать центром российской IT-индустрии. Власти рассчитывают, что в местной особой экономической зоне в будущем смогут работать до 60 тысяч сотрудников стартапов и технологических компаний.

Иннополис — самый молодой город России. Такой статус он получил в декабре 2014 года, а официальное открытие состоялось этим летом. Его главная идея — создание комфортного пространства для развития IT-индустрии. Мастер-план разработала сингапурская компания RSP Architects под руководством главного архитектора Сингапура Лиу Тай Кера. По его проекту, в будущем население Иннополиса должно составить 155 тысяч человек (из них 60 тысяч — высококвалифицированные сотрудники). Средний возраст будущих жителей — 27 лет. Средний возраст сотрудников  местной мэрии также меньше 30 лет.

Однако назвать городом пространство в 40 километрах от Казани пока можно лишь условно. В Иннополисе две улицы — Университетская и Спортивная — и всего несколько зданий: многоквартирные дома, университет, четыре корпуса общежития, технопарк – здание для будущих резидентов особой экономической зоны, детский сад, пока не открытая больница и спорткомплекс. Последним особенно гордятся представители местной мэрии.

Ещё в городе есть школа, временно располагающаяся на первом этаже университета, небольшое медицинское отделение с тремя сотрудниками (один из них — переводчик), аптека с базовыми препаратами, которая принимает заказы на недостающие лекарства, маленький продуктовый магазин, один уверенно отказавшийся от съёмки участковый и пожарная машина.

Но большая часть территории в 1200 гектаров пока не освоена: за разноцветными домами видны котлованы стройки, пустые пространства продувают ветра, а на обеих улицах совсем мало людей. Всё это выглядит особенно непривычно после утренней пробки в Москве. Кажется, что все куда-то ушли, а тебя позвать забыли. Это неудивительно: пока в городе живёт лишь около 600 человек — примерно столько, сколько можно встретить в переходе с «Боровицкой» на «Арбатскую» утром в понедельник.

Сейчас руководство города располагается в небольшом помещении в здании университета. В мэрии говорят, что любой желающий может зайти к ним с просьбой или вопросом, хотя гораздо более популярный способ общения — через Telegram. Именно в мессенджере обсуждают насущные городские проблемы. Недавно после переписки в сети поменяли маршруты бесплатных автобусов до Казани: жители написали о трудностях при передвижении, на сайте города провели голосование, и автобусы стали ездить по-новому.

Ещё одна городская служба — так называемый консьерж-сервис. Это единая городская система, в которой можно заказать такси, узнать расписание автобусов или вызвать сантехника. Её же сотрудники помогают оформлять документы на прописку. Советник мэра Валентин Рябцев с гордостью показывает сообщение одного из жителей: «Раньше я не верил в демократию».

В деревне надо постоянно что-то делать

Александра и Варвара, младшие дочери Валентины и Александра, родились уже в Архангело

— Сегодня всех родителей волнует вопрос образования. Многие считают, что в деревне нет почвы, среды, невозможно гармоничное развитие детей.

— Все индивидуально, мне кажется, что моим детям в деревне хорошо. Есть мамы, для которых обязательно, чтобы дети ходили в кружки, и чем больше, тем лучше. Мне никогда не казалось, что для моих это полезно. Здесь в деревне у них есть возможность проявиться, они участвуют в  спектаклях, выступают в клубе, и все это без беготни по развивающим центрам.

Каждый год они участвуют в «Лыжне России», у всех грамоты. В городе мы ни за что не пошли бы на такое мероприятие.

А здесь очень любят ездить на лыжах, и на «Лыжню России» идет вся деревня.

У нас отличная школа! Замечательные учителя, в каждом классе в среднем по 10 человек. Сейчас впервые в истории школы в 10-м классе всего три человека. Здесь есть хорошие сильные дети, которые потом едут поступают в вузы.

Нашим детям тут нравится. Мне кажется, они понимают, что здесь жизнь более полная, настоящая. Младшая, Варвара, может пошуметь, что хочет жить в Королеве, но, думаю, это больше возрастной кризис, чем осознанная позиция. А Ульяне, старшей, тут больше нравится, чем в городе. Она любит свою школу, свой класс, ей нравится, что  тут не 30 человек, а 10, она это ценит.

Друзья у нее есть, одна подружка живет за рекой, зимой они ходят друг к другу в гости по реке, интересно зимой по этой переправе пойти, летом надо идти далеко через мост. А еще в классе у нее есть две подружки из большой приемной семьи. Простые деревенские люди взяли в приемную семью семь детей, у них шесть девочек и мальчик.

Детям нравится возиться с животными. Ульяна доит коз, она просто мечтала поскорее научиться. Гриша уже умеет косить. В деревне надо постоянно что-то делать и дети волей-неволей в этом участвуют. Надо принести с ручья воды (питьевую воду мы берем в ручье), надо складывать поленницу, летом сенокос.

А с интернетом тут такие же проблемы, как в городах. Деревенские дети так же могут сидеть в компьютере, если за ними не следить.

На масленицу, участвовала почти вся деревня!

Два последних года мы вместе с клубом устраивали Масленицу. Почти вся деревня пришла участвовать. Саша сделал ходули и городки, все с удовольствием играли. Провели матч по древнерусской игре киле.

Эти годы в деревне пролетели очень быстро, сейчас храм Пахомия Кенского почти достроен, службы идут регулярно. Сложилась артель плотников-реставраторов из нескольких человек. Ребята ведут одновременно несколько объектов – восстанавливают часовни и храмы в окрестных деревнях. А что будет в будущем, мы не загадываем.

Иногда нас спрашивают: «Вы здесь навсегда?» На что мы смеемся: «Мы здесь все не навсегда». 

Бывало, строили грандиозные планы, но ничего не складывалось, поэтому сейчас ничего не планируем, просто пытаемся что-то потихоньку делать.

Фото из личного архива семьи Матюхиных

Оцените статью
Рейтинг автора
5
Материал подготовил
Андрей Измаилов
Наш эксперт
Написано статей
116
Добавить комментарий